Лах была идти так быстро. Повернувшись к Оливеру, он грубо приказал ему

Взять за руку Нэнси.

- Ты что, не слышишь? - заворчал Сайкс, так как Оливер мешкал и ози-

Рался вокруг.

Они находились в темном закоулке, в стороне от людных улиц. Оливер

Прекрасно понимал, что сопротивление ни к чему не приведет. Он протянул

Руку, которую Нэнси крепко сжала в своей.

- Другую руку дай мне, - сказал Сайкс, завладев свободной рукой Оли-

вера. - Сюда, Фонарик!

Собака подняла голову и зарычала.

- Смотри! - сказал он, другой рукой касаясь шеи Оливера. - Если он

промолвит хоть словечко, хватай его! Помни это!

Собака снова зарычала и, облизываясь, посмотрела на Оливера так,

Словно ей не терпелось вцепиться ему в горло.

- Пес его схватит не хуже Лах была идти так быстро. Повернувшись к Оливеру, он грубо приказал ему, чем любой христианин, лопни мои глаза, ес-

ли это не так!.. - сказал Сайкс, с каким-то мрачным и злобным одобрением

Посматривая на животное. - Теперь, мистер, вам известно, что вас ожида-

ет, а значит, можете кричать сколько угодно: собака скоро положит конец

этой забаве... Ступай вперед, песик!

Фонарик завилял хвостом в благодарность за это непривычно ласковое

Обращение, еще раз, в виде предупреждения, зарычал на Оливера и побежал

Вперед.

Они пересекли Смитфилд, но Оливер все равно не узнал бы дороги, даже

Если бы они шли через Гровенорсквер. Вечер был темный и туманный. Огни в

Лавках едва мерцали сквозь тяжелую завесу тумана, который с каждой мину-

Той сгущался Лах была идти так быстро. Повернувшись к Оливеру, он грубо приказал ему, окутывая мглой улицы и дома, и незнакомые места казались

Оливеру еще более незнакомыми, а его растерянность становилась еще более

Гнетущей и безнадежной.

Они сделали еще несколько шагов, когда раздался глухой бой церковных

Часов. При - первом же ударе оба спутника Оливера остановились и повер-

Нулись в ту сторону, откуда доносились звуки.

- Восемь часов, Билл, - сказала Нэнси, когда замер бой.

- Что юлку говорить? Разве я сам не слышу? - отозвался Сайкс.

- Хотела бы я знать, слышат ли они? - произнесла Нэнси.

- Конечно, слышат, - ответил Сайкс. - Меня сцапали в Варфоломеев

День, и не было на ярмарке такой грошовой трубы, писка которой я бы не

Расслышал. От шума и грохота Лах была идти так быстро. Повернувшись к Оливеру, он грубо приказал ему снаружи тишина в проклятой старой тюрьме

Была такая, что я чуть было не размозжил себе голову о железную дверь.

- Бедные! - сказала Нэнси, которая все еще смотрела в ту сторону, где

били часы. - Ах, Билл, такие славные молодые парни!

- Да, вам, женщинам, только об этом и думать, - отозвался Сайкс. -

Славные молодые парни! Сейчас они все равно что мертвецы. Значит, не чем

И толковать.

Произнеся эти утешительные слова, мистер Сайкс, казалось, заглушил

Проснувшуюся ревность и, крепче сжав руку Оливера, приказал ему идти


documentavfujxx.html
documentavfurif.html
documentavfuysn.html
documentavfvgcv.html
documentavfvnnd.html
Документ Лах была идти так быстро. Повернувшись к Оливеру, он грубо приказал ему